Главная   О Федерации   Новости   Турниры   Медиа   История   Архив   Ссылки   Контакты  
 
10 Января 2017
 
15 Июля 2015

НЁМА: второй гроссмейстерский. Фрагменты из книги. Часть 1

История шахмат в Екатеринбурге и Свердловской области уникальна по-своему. К сожалению, о ней в наши дни вспоминают не так часто и то, если есть подходящий повод. Но история – это не просто перечень событий и любопытных фактов. Прежде всего, это люди, судьба каждого из которых – неповторима.
За сто с лишним лет в истории свердловских шахмат было не так много выдающихся гроссмейстеров и мастеров, чьи имена, что называется, на слуху. Один из них, безусловно – Наум Рашковский.
В этой работе рассказывается всего об одном периоде из его богатой шахматной биографии – курганском. Но именно эти годы стали своеобразной «визитной карточкой» Рашковского.
Авторы выражают большую признательность президенту группы компаний «Пенетрон Россия» и главе Федерации шахмат Свердловской области Игорю Черноголову и исполнительному директору ООО «Туристическая фирма «Альтаир», мастеру ФИДЕ по шахматам Николаю Герцыку за помощь и поддержку в издании этой книги.



В трех заключительных турах Мемориала Чигорина в 1979 году ему необходимо было набрать два с половиной очка из трех. Только этот результат      гарантировал международному мастеру из Кургана Науму Рашковскому выполнение нормы для получения второго гроссмейстерского балла.
Что тут скажешь? Либо пан, либо суши весла. И это на фоне уже накопившейся к концу Мемориала усталости и крайне  упорного сопротивления соперников. Особенно на финише турнирной гонки.
Но Рашковский в этой ситуации повел себя крайне хладнокровно. В оставшихся партиях он решил сыграть без выкрутасов, просто в свою силу, а вот повезет или нет – станет ясно уже только за доской.
     - Я спокоен и не жалуюсь на «невезение», - делился он своими впечатлениями накануне решающих туров с мастером Евгением Бебчуком, освещавшим в тот год борьбу на Мемориале. - Если раньше и получалось подобраться вплотную к гроссмейстерской норме, но по каким-то причинам не дотягивал до нее – значит, виноват сам. Сейчас, какой бы тяжелой эта ситуация ни была, опускать руки я не намерен. Буду бороться до конца.
В Курган Наум Николаевич перебрался из родного Свердловска еще несколько лет назад, в 1971-м году. Идею с переездом подкинул ему знакомый еще по шахматным турнирам конца 60-х годов, а впоследствии известный курганский журналист Валерий Паниковский.
Первая их встреча друг с другом состоялась еще в 1965-м на юношеском турнире в Кургане. Паниковский тогда был только перворазрядником, а вот Рашковский к тому времени уже успел заявить о   себе в полный голос. По крайней мере, на уровне юношеской сборной РСФСР.
Разница в классе, впрочем, на результате партии между ними тогда не сказалась. Любимая «старушка», которую Наум Николаевич частенько избирал в те годы в ответ на первый ход белых ферзевой пешкой, успеха ему в партии против Паниковского в тот раз не принесла, и после затяжного эндшпиля их встреча завершилась боевой ничьей.
Потом в биографии Рашковского были два года службы в армии, а Паниковский, тем временем, поступил на факультет журналистики Уральского   государственного университета.
Разговоры о переезде Наума Николаевича из Свердловска в Курган появились в их отношениях чуть позже. Рашковский к тому времени уже демобилизовался из рядов Вооруженных Сил и подумывал о работе тренером в шахматном клубе «Локомотив». Одно время именно этот клуб был своеобразной шахматной Меккой в Свердловске, где собирались и старики, и молодые шахматисты и с большим упоением и азартом рубились друг с другом в блиц.

Уже мастер, но пока еще свердловчанин. Наум Рашковский, вторая половина 60-х годов.

Основным аргументом Паниковского в его разговорах с Рашковским о переезде того в Курган был квартирный вопрос. Шансов решить его в родном Свердловске у Наума Николаевича в те годы практически не было. А в Кургане, по словам Паниковского, местные власти охотно готовы были пойти ему на встречу и выделить квартиру. Вдобавок к этому там же Рашковский мог рассчитывать и на комфортные условия для занятий шахматами, а, следовательно – и своего профессионального роста. В итоге Наум Николаевич все-таки согласился и в 71-м году уехал в Курган.

Наум Рашковский в Кургане. Середина 70-х годов. Фото из архива Валерия Паниковского.

Как это сегодня выглядит ни странно, но все обещания Паниковского, данные им тогда Рашковскому, оказались не пустыми словами. Не сразу, конечно, но со временем Наум Николаевич действительно получил в Кургане шикарную, трехкомнатную квартиру. Позже у него родились дочь Наташа и сын Александр, а в самом городе, благодаря особому вниманию со стороны местного спортивного комитета и шахматной Федерации, у него и в самом деле ни разу за все эти годы не было проблем, особенно когда это касалось вопросов его профессиональной карьеры.

В конце 70-х Рашковский был уже одним из сильнейших шахматистов в стране.

Не случайно, именно курганский период в биографии Наума Рашковского стал одним из самых успешных и богатых на победы в турнирах самого разного калибра, включая международные. Именно в 70-х он неоднократно становился призером и дважды завоевывал титул чемпиона РСФСР. Именно на эти годы приходится его дебют, а впоследствии и неоднократное участие в финальных турнирах высшей лиги чемпионатов Советского Союза. Наконец, именно в 70-е, он выполнил сначала норматив международного мастера по шахматам, а уже под занавес десятилетия получил и самое высокое шахматное звание – международного гроссмейстера.

Мемориал Михаила Чигорина в 1979 году проходил в Сочи. Это был уже тринадцатый турнир памяти основоположника отечественной шахматной школы, а знаменитая всесоюзная здравница принимала у себя известных шахматистов уже в десятый раз подряд. Первые три Чигоринских мемориала состоялись в других городах Советского Союза.  В 1947-м – в Москве, в 1961-м – в Ростове-на-Дону и в 1972-м – в Кисловодске.
За эти годы участие в Мемориалах разных лет приняли свыше шестидесяти международных гроссмейстеров из 19 стран мира. В свое время на турнирах памяти Чигорина успели отметиться Михаил Ботвинник и Василий Смыслов, Тигран Петросян и Борис Спасский, Михаил Таль и Пауль Керес, Ефим Геллер и Ян Тиманн и еще целая обойма не столь титулованных, но тоже достаточно известных шахматных профессионалов.
По своему составу Мемориал Чигорина 1979 года стал не самым звездным. Но благодаря шахматистам из-за рубежа, турнир по-прежнему носил статус международного, а, следовательно, даже сам факт участия в нем считался престижным.
Побороться за призы Мемориала организаторы в тот год пригласили шестнадцать участников. Из них ровно половина были гроссмейстерами, но все – достаточно крепкими и уже с большим опытом выступления на крупных международных соревнованиях.
Первую тройку в списке фаворитов предстоящего состязания составили Евгений Свешников из Челябинска, Эдуард Гуфельд из Тбилиси, а также москвич Игорь Зайцев. Рейтинг каждого из этой троицы на тот момент был значительно выше 2500 пунктов, хотя средний коэффициент всех шестнадцати участников оказался всего 2471 пункт и до турнира Х категории сложности ФИДЕ Мемориал Чигорина в тот год не дотянул самую малость – всего пять пунктов.
Именно поэтому норма гроссмейстерского балла, который мог обеспечить Науму Рашковскому получение звания международного гроссмейстера, на Мемориале 1979 года была повышена до 10,5 очков, а норма одного балла международного мастера – до 7,5 очков.
В этом плане, таково было мнение большинства специалистов, следивших за борьбой на Мемориале, участникам предстоящего турнира здорово не повезло. Состав-то собрался исключительно ровный, а вот гроссмейстерская норма оказалась очень высокой. Но с другой стороны, в этом противоречии были и свои плюсы. По крайней мере, конкуренция на Мемориале обещала быть острой, а значит и борьба за первый приз ожидалась очень увлекательная и напряженная.
Воспоминания о Сочи, к слову, в биографии Наума Рашковского – тема отдельного и обстоятельного разговора. Даже сегодня, спустя столько лет, Наум Николаевич с особым трепетом и наслаждением рассказывает о своих приключениях на самом популярном в те годы у советского народа курорте. И воспоминания эти порой имеют к шахматам далеко не самое прямое отношение.
Было это осенью 1969 года. Рашковский тогда только-только вернулся из армии и на пару со своим закадычным другом Бобом Фрадкиным они несколько месяцев отмечали это знаменательное событие для обоих. В институте Рашковский после армейской службы восстанавливаться не стал, а о шахматах тогда вообще не было и речи. Но в октябре  69-го в Сочи состоялся турнир молодых мастеров, и Наум Николаевич решил все-таки принять в нем участие.
Для обычного советского гражданина Сочи тех лет был таким своеобразным аналогом отечественного рая. Солнце, море, кавказские вина и красивые девушки. Когда из дождливого и грязного Свердловска попадаешь в эту сказку, разница ощущается сама собой. Тем более что жили участники турнира в самой шикарной по тем временем сочинской гостинице «Приморская».
Но с погодой Рашковскому в тот год в Сочи тоже не сильно подфартило. Как раз в октябре там начинаются на море шторма, и Наум Николаевич на том турнире стал свидетелем самого мощного из них за последние сто лет, когда брызги от морских волн долетали прямо до окон «Приморской».
Самый забавный эпизод, впрочем, в тот визит Рашковского в Сочи был связан не со штормом, а с винным магазином, который находился прямо напротив городского почтамта. В один из дней Наум Николаевич зашел в этот самый магазин вместе с другим участником турнира Валерием Зильберштейном, и оба стали свидетелями следующей сцены. В магазин как раз пришла машина, а вот грузчики куда-то запропастились. Продавщица стоит за прилавком и в полной растерянности.
Увидев двух крепких и молодых мужиков, она, нужно отдать ей должное, не растерялась, а тут же предложила Рашковскому и Зильберштейну помочь ей в разгрузке товара в обмен на вино. Разумеется, бесплатно. На робкое предложение – отовариться парой-другой бутылок все-таки за деньги, продавщица вдруг взмахнула руками и резко оборвала:
     - Ни в коем случае. Вы – мои гости!
Машину разгрузили на раз-два. Оба были тренированные и на здоровье не жаловались. Зильберштейн тогда даже назвал Рашковского мистером Питкиным, когда увидел того с ящиком вина в руках. Очень сильное было сходство с известным персонажем из знаменитого фильма, а потом оба долго хохотали над этой шуткой. Когда же турнир закончился и пришло время уезжать, продавщица выдала каждому в дорогу еще по пять бесплатных бутылок.
А вот сам турнир Наум Николаевич тогда провалил. Проиграл всем, кому только можно, даже тем из соперников, кого запросто обыгрывал раньше, еще до армии.

Тройка призеров турнира молодых мастеров в Сочи 1969   года. Слева направо: А. Вайсер, С. Юферов, В. Зильберштейн.

В восьми турах он набрал в тот год в Сочи только три очка и завершил турнир лишь на седьмом месте. Два года армейской службы и отсутствие игровой практики даром все-таки не прошли.
Именно после этого неудачного выступления он и решил, что хватит уже бездельничать и пора снова всерьез браться за шахматы...
     
1979 год начался для Наума Рашковского в подмосковном городе Дубна с традиционного международного турнира на приз журнала «Наука и жизнь». Турнир 79-го года был уже четвертым по счету, который редакция популярного в советские годы журнала проводила в городе физиков. Участие в розыгрыше приняли девять гроссмейстеров, пять международных мастеров и два мастера спорта СССР. В 15 турах Наум Николаевич взял на том турнире 8 очков и по его итогам стал седьмым. Этого результата, впрочем, Рашковскому вполне хватило, чтобы подтвердить звание международного мастера.  
По ходу турнира он одержал всего две победы. Очков в партиях с ним тогда не досчитались опытный мастер Юрий Гусев и румын Эмиль Унгуряну. Сам Наум Николаевич проиграл гроссмейстеру из Югославии Драгутину Шаховичу, а в остальных двенадцати встречах он разошелся с соперниками миром.

За игрой международный мастер из Румынии Эмиль Ун-гуряну и гроссмейстер Алексей Суэтин. Наблюдает за пар-тией Дёжё Форинтош из Венгрии. Дубна, 1979 год.

Победителем турнира в том году с результатом 9,5 очков из 15 возможных стал московский гроссмейстер Игорь Зайцев. Аналогичный результат показали еще трое участников розыгрыша. Но все трое уступили Зайцеву по дополнительному коэффициенту Бухгольца. Серебряным призером в итоге был признан гроссмейстер Юрий Разуваев, а приз за третье место получил Алексей Суэтин.
По набранным очкам Рашковский на турнире в Дубне не добрал в тот год полбалла до результата Евгения Свешникова из Челябинска и секунданта Лайоша Портиша в матчах на первенство мира Дёжё Форинтоша. Но зато на ту же «половинку» в итоговом протоколе обошел чехословацкого мастера Яна Плахетку и болгарина Крума Георгиева.

Участники турнира «Дубна-79». Слева направо: Е. Свешников, Я. Плахетка и И. Зайцев. За доской – Ю. Гусев.

С международным мастером из Болгарии Рашковский на турнире сыграл вничью. Но партия между ними произвела очень хорошее впечатление на всех участников розыгрыша и болельщиков в игровом зале, хотя и не принесла Науму Николаевичу победного результата.

К. Георгиев – Н. Рашковский
Международный турнир на приз журнала
«Наука и жизнь», Дубна, 1979 год
Сицилианская защита


1. e4 c5 2. Kf3 d6 3. d4 cd 4. Kxd4 Kf6 5. Kc3 a6  6. Cg5 e6 7. f4 Фc7 8. Фf3 b5 9. 0-0-0 b4 10. e5

На первые девять ходов у Рашковского в этой партии ушло без малого три минуты. А вот после десятого хода соперника международный мастер из Кургана продумал целый час и еще 42 минуты!
Впоследствии Наум Николаевич рассказывал, что эту позицию он анализировал еще год назад вместе с Виталием Цешковским, когда помогал тому на финале чемпионата СССР. Вывод был вполне оптимистичный. Продолжая 10…de 11. Kcb5 ab  12. Kxb5 Фb7 13. Фxb7 Cxb7 14. Kc7+ Крe7       15. Kxa8 h6 16. Cxf6+ gf 17. Kb6 ef, черные получают за качество пешку, двух активных слонов и стоят неплохо.
Но проверяя этот вариант за доской, Рашковский обнаружил, что после 18. Лd4 у белых – решающий перевес. Поэтому срочно пришлось искать путь к уравнению, на что и потребовалось столько времени.

10…Cb7 11. Kcb5 Фb6!

Только так! После 11…ab 12. Cxb5+ Kd7 13. Фh3, с последующей жертвой коня на е6 атака белых была бы неотразимой. Теперь же черным удается защититься.

12. Kxd6+ Cxd6 13. Фb3 Ce7 14. ef gf 15. Ch4 Kd7 16. f5 e5 17. Kf3 Kc5 18. Фe3 Ka4 19. Фb3 Kc5 20. Фe3 Ka4

В этом положении соперники после повторения ходов не стали больше искушать судьбу и согласились на ничью.

Первым достижением Наума Рашковского в 1979 году стало второе место на финале 33 чемпионата РСФСР. В тот год финал прошел в родном для Наума Николаевича Свердловске, в актовом зале городского техникума железнодорожного строительства. В финальную стадию розыгрыша были допущены шестнадцать участников. Самым возрастным из них оказался московский гроссмейстер Алексей Суэтин, бронзовый призер того самого международного турнира на приз журнала «Наука и жизнь», который незадолго до этого завершился в Дубне.

Финал ХХХIII чемпионата РСФСР. Свердловск, 1979 год. Участники турнира играли прямо на сцене, а каждый тур собирал почти полный зал любителей шахмат.

Свердловск же в эти дни провожал в последний путь одного из первых уральских мастеров, ветерана местной шахматной школы Георгия Бастрикова. Неоднократный чемпион города и области ушел из жизни незадолго до начала чемпионата, не дожив до своего 65-го дня рождения всего несколько месяцев.
     - Мы всегда звали его дядя Жора, - рассказывал позже, вспоминая о Бастрикове, Наум Николаевич. - Это был удивительный и очень одаренный человек. Внешне Бастриков казался неуклюжим, но во всех его поступках чувствовалась большая внутренняя сила. По характеру мягкий и тактичный Георгий Владимирович в то же время был мастером на острое слово и многие его фразы и «словечки» всегда были предметом восхищения у окружающих.

Одна из последних фотографий Георгия Бастрикова. Свердловск, февраль 1976 года.

     - Очень многому, - продолжает Рашковский, - и именно в шахматах я обязан как раз дяде Жоре. Он был большим изобретателем на всякого рода ловушки, а его дебютные схемы в некоторых шахматных началах помогли многим воспитанникам свердловской школы добиться больших результатов в шахматах.
«Вся его жизнь, - сообщалось в одной из газетных заметок, посвященных памяти Бастрикова, - была связана с работой в «Спартаке» и общественной деятельностью в Российской Федерации. В течение многих лет он тренировал сборную юношескую команду РСФСР, не раз приводя ее к победам.
Георгий Владимирович очень много ездил по стране, выступал с сеансами одновременной игры и с лекциями перед жителями Крайнего Севера и Камчатки, Туркмении и Узбекистана и, конечно же, Урала, где прожил тридцать лет, работая в спартаковской организации Свердловска.
Уже будучи неизлечимо больным, он возглавил судейскую коллегию на чемпионате российских спартаковцев и довел это соревнования до конца».
В шахматах, по словам Рашковского, дядя Жора больше всего ценил красоту и всегда стремился к инициативе. Сам старался играть схемами и требовал этого от своих воспитанников. У него всегда были в запасе тщательно проанализированные побочные варианты или не самые популярные продолжения, которые зачастую заводили соперников в тупик. Те, как правило, начинали волноваться, допускать ошибки, и Бастриков достаточно легко добивался в таких партиях победного результата.
Вот один из примеров его шахматного творчества.

Г. Бастриков – Д. Ровнер

Чемпионат СССР. Четвертьфинал, 1951 год

24. Лdg1 Фd7 25. Ch6 Cf6 26. Лxh5
Белые отвергают возможность взять качество   (26. Схf8) и продолжают наступление. Ресурсы для атаки еще не исчерпаны.
26…Лfd8 27. Лhh1 e5 28. Cg5 Cg7

Не годилось 28…Cxg5 29. Фxg5 ed из-за 30. Фf6, а также 28…Фe7 ввиду 29. Kf5!
29. Kde2 Фf5 30. Kpb1
Обходя коварную ловушку, связанную с грозившим ходом Кс3+.
30…Лd7 31. Ch6 Ke4 32. Kxe4 Фxe4 33. Kc3 Фd4
Приводит к эффективному финалу, но положение черных все равно уже безнадежно. Бастриков решительно форсирует события. Тщательно подготовленная комбинация не оставляет сопернику ни единого шанса на спасение.
34. Cxg7! Фxd2
В случае 34…Kpxg7, белые подготовили следующий ответ: 35. Фh6+ Kpf6 36. Лxg6+ fg 37. Лf1+ Kpe7  38. Фg7+.
35. Cf6
С угрозой мата по восьмой горизонтали.

Черные сдались.

 

Продолжение следует...

При подготовке материала к публикации использованы информация и фотографии журналов «64-Шахматное обозрение» и «Шахматы в СССР» за 70-е годы, интернет-сайтов chesspro.ru и ruchess.ru, а также из личных архивов Анатолия Терентьева, Наума Рашковского и Валерия Паниковского.

 

Другие новости

10 Января 2017
3 Января 2017
3 Января 2017
3 Января 2017
2 Января 2017
2 Января 2017
2 Января 2017
1 Января 2017
31 Декабря 2016
31 Декабря 2016
                       Следующая >>

 


 

Партнёры федерации

 

 

 

2013 © Все права защищены.
Полное или частичное использование материалов сайта без письменного разрешения редакции строго запрещено.