Главная   О Федерации   Новости   Турниры   Медиа   История   Архив   Ссылки   Контакты  
 
10 Января 2017
 
14 Августа 2015

Настоящий судья в шахматах должен быть незаметным, но сам обязан видеть все. Ветерану судейского шахматного корпуса Леониду Трескунову - 85! Часть 2

Продолжение. Начало:
Настоящий судья в шахматах должен быть незаметным, но сам обязан видеть все. Ветерану судейского шахматного корпуса Леониду Трескунову - 85! Часть 1

За два года до этого, в апреле 1986 года, Трескунова в качестве заместителя главного судьи пригласили на чемпионат Дружественных армий, который прошел в Тбилиси. Главным арбитром на чемпионате был международный судья из Украины Писарук, а Леонид Федорович - его первым замом.
В чемпионате приняли участие шахматные сборные практически всех стран Варшавского договора и даже команда Вооруженных Сил с острова Свободы. Именно у кубинской сборной были самые большие проблемы на том чемпионате. И начались они прямо с приезда шахматистов Кубы в столицу Грузии.

На XI чемпионате СКДА по шахматам. 1986 год, Тбилиси.

- По-русски у них никто не говорил, - вспоминает Леонид Федорович, - а по нашей традиции об этом никто тогда не подумал, поэтому в аэропорту их никто не встретил. Не знаю, как им удалось добраться до гостиницы, но приехали они очень обиженные. Потом, правда, они немного отошли и даже подарили мне на память медаль известного на Кубе революционера и поэта Хосе Марти за помощь при переводе во время экскурсии по старому городу.
Дело в том, что экскурсовод, который обслуживал кубинскую делегацию, говорил только по-грузински. Начальник местного Дома офицеров переводил его слова на русский, а я тогда еще прилично знал испанский и в свою очередь переводил кубинцам этот текст на их родной язык. Трудно сказать, что из всего этого в итоге получилось, но кубинцы остались очень довольны и подарили мне за эту экскурсию ту самую медаль.

Турнирная таблица. 1986 год, Тбилиси.

За несколько десятилетий работы на самых крупных отечественных и международных шахматных турнирах Трескунову не раз приходилось встречаться с известными гроссмейстерами, в том числе и с чемпионами мира. Со многими из них он был знаком лично, с другими поддерживает отношения до сих пор.

С гроссмейстером Евгением Свешниковым.

Самым представительным в этом плане в биографии Леонида Федоровича стал розыгрыш Кубка СССР по Высшей лиге в Ростове-на-Дону. Состоялся он как раз в преддверии московской Олимпиады, в конце мая 1980 года.
Именно после этого турнира, кстати, Трескунову была присвоена Всесоюзная судейская категория по шахматам. По словам самого Леонида Федоровича, он и сегодня считает, что ему здорово тогда повезло. Потому что работать на турнире с участием такого большого количества чемпионов страны и мира разных лет - это огромный и незабываемый опыт. Тем более, что и поучиться начинающему арбитру тоже было у кого. Прежде всего, у известного журналиста, мастера спорта по шахматам и главного судьи на том турнире Михаила Бейлина и, конечно же, у Владимира Яковлевича Дворковича, который в Ростове в 1980 году был главным секретарем.
- На этом турнире, - продолжает свой рассказ Леонид Федорович, - я познакомился с Майей Чибурданидзе. Она играла за команду Динамо, возглавляли которую на том турнире Давид Бронштейн и Эдуард Гуфельд. Знакомство наше получилось при не совсем обычных обстоятельствах.
Во время одного из матчей с участием Динамо я дал команду к началу игры. Участники запустили часы и борьба началась. Чибурданидзе в том матче играла за Динамо на первой женской доске. У нее был белый цвет, и по правилам она должна была сделать первый ход в партии. Прошло, однако, минут пятнадцать, но она продолжала молча сидеть за доской, а все ее фигуры стояли на месте. Я сначала подумал, что Чибурданидзе выбрала такую тактику на эту игру. Ведь был случай, когда тот же Бронштейн продумал над первым ходом целых сорок минут. Но потом мне показалось, что здесь что-то не то. Я посмотрел на ее маму, Нелли Павловну, сидевшую неподалеку. Но та тоже не показывала никакого волнения. Пришлось срочно искать представителя динамовской команды, чтобы прояснить ситуацию.

Кубок СССР, Высшая лига. Ростов-на-Дону, 1980 год.

Мы с ним были знакомы, поэтому общались друг с другом без проблем. Он-то и подсказал мне, что Чибурданидзе ждет, когда ей положат второй бланк. По регламенту, второй бланк полагался только на международных турнирах, но Чибурданидзе почему-то решила, что и на этом нужно соблюдать эти правила. С большим трудом мне удалось тогда раздобыть этот бланк, была небольшая заминка, и как только я его положил на столик перед Чибурданидзе, она тут же сделала первый ход.
Мы потом с ней неоднократно встречались на других соревнованиях и всякий раз с улыбкой вспоминали тот случай в Ростове.

На окружном турнире УрВО в Свердловске.

Теплые, дружеские отношения были у Леонида Федоровича и с известным грузинским гроссмейстером Эдуардом Гуфельдом. Знакомство их началось еще в Киеве, в военной академии, где Гуфельд числился сержантом сверхсрочной службы. Затем они неоднократно встречались на различных шахматных турнирах и просто в обычной житейской обстановке. Был Гуфельд и среди участников Мемориала Чигорина 1981 года в Сочи, который стал первым серьезным международным турниром в биографии Трескунова.
- На том Мемориале, - рассказывает Леонид Федорович, - я работал главным секретарем, а судейскую бригаду возглавляла Вера Николаевна Тихомирова. Помимо Гуфельда на Мемориале в тот год выступали многие известные шахматисты. Тот же Полугаевский, к примеру, или гроза всех гроссов тех лет, молодой еще Семен Двойрис. Но Гуфельд в силу своего характера всегда был в центре внимания. Мемориал Чигорина 1981 года исключением не стал. Помню, что многие участники были недовольны тем, как он заполнял бланки сыгранных партий и неоднократно жаловались на его почерк. После очередного тура я попросил его переписать бланк, но он отказался. Пришлось немного надавить, и Гуфельд с большой неохотой взял все-таки ручку. В итоге, партию он переписал еще более корявым почерком, после чего разговаривать с ним на эту тему было уже бесполезно.
Мы жили тогда в одной гостинице, а играли в другой. И вот однажды, по пути на доигрывание участники Мемориала попали под страшный ливень. Промокли все до нитки, в том числе и Гуфельд. Недолго думая, он пришел в игровой зал, разделся до плавок и в таком виде уселся за шахматный столик. Представляете себе эту картину: крупный международный турнир, зрители в зале, а один из участников розыгрыша сидит за шахматным столиком прямо в трусах. Когда это увидела Вера Николаевна, она чуть дар речи не потеряла. Пришлось срочно вызвать Гуфельда за кулисы и попросить его одеться.
Нужно сказать, что у него было очень большое чутье на шахматы. Ведь это он после переезда в Тбилиси нашел никому не известную шахматистку Майю Чибурданидзе и стал ее тренером.
Помню, как-то он возвращался самолетом из Индии и летел через Свердловск. Я встретил его в аэропорту и отвез домой. По дороге он мне рассказал, что в Индии он познакомился с мальчиком, у которого очень большой талант в шахматах и при правильных тренировках и соответствующем подходе он может запросто стать чемпионом мира.
Как впоследствии оказалось, этого мальчика звали Виши Ананд.

Сборная команда сильнейших шахматистов Свердловска во время ответного визита в Чехию на матч между городами-побратимами. Знакомые лица - Людмила Саунина, Александр Лысенко, Михаил Соловьев и др. Трескунова на этом фото нет. По его словам, он в это время как раз бегал по магазинам, чтобы накупить подарков. Именно Трескунов, возглавлял в те годы шахматную Федерацию Свердловска и по его инициативе был организован этот матч между командами Уралмаша и Шкодой. 1978 год.

Мы продолжаем перебирать старые фотографии из архива Леонида Федоровича, и в руки попадается небольшая книжка свода шахматных правил - руководство для арбитров. В архиве она оказалась, разумеется, не случайно и с этой книжкой связана тоже одна любопытная история.
- С первого июля 1994 года, - рассказывает Леонид Федорович, - российская шахматная Федерация перешла на международные правила. До этого, на протяжении многих десятилетий, мы руководствовались Шахматным кодексом СССР. Если считать с двадцатых годов прошлого столетия, то вышло, кажется, двенадцать изданий Шахматного кодекса. Но в 1994 году перед шахматной Олимпиадой в Москве было принято решение - перейти на международные правила. И вот однажды на каком-то совещании в Москве ко мне подошел Владимир Яковлевич Дворкович, он тогда занимал пост председателя Всероссийской коллегии шахматных судей, и спросил меня, не могу ли я помочь ему напечатать эти правила на русском языке. Не знаю точно, в чем тогда была проблема, но в Москве он эти правила напечатать почему-то не мог. Я в те годы работал старшим преподавателем на спортивной кафедре в нашем Университете и был знаком с Михаилом Ефимовичем Конторским. Он-то и помог нам напечатать эти правила в типографии Уральского университета, а потом сам лично отвез два большущих мешка с тиражом на Олимпиаду в Москву. Так вот и получилось, что первый сборник международных шахматных правил на русском языке появился у нас, в Екатеринбурге, и один экземпляр этой книжки я решил сохранить у себя на память.

Тот самый сборник шахматных правил, тираж которого в 1994 году был отпечатан в типографии Уральского университета.

Наша беседа с Леонидом Федоровичем на этот раз началась с вопроса, каким должен быть сегодня шахматный арбитр? Но к ответу на этот вопрос мы подобрались только уже к концу нашей встречи. Понятно, что вопрос - не простой, но Трескунова он не смутил.
- Судейство в шахматах сегодня и в те годы, когда я только начинал, отличается очень сильно. Тогда охотников поработать на шахматных турнирах было много. На городских или местных турнирах судья за вечер в те годы получал один рубль. А на календарных турнирах судьям выдавали талоны на питание. На обычных стоимость талона была два пятьдесят, а на Всесоюзных, к примеру, уже три пятьдесят. Желающих, поэтому, всегда хватало.
Но со временем работать шахматным арбитром стало труднее. Увеличилось количество различной документации, которую необходимо обязательно знать, добавился английский язык, без него нынче дорога на международные турниры закрыта, появились компьютеры и т.д. Словом, требований стало больше, а вот количество судей заметно поредело.
Все же хотят играть, а вот судить – желающих очень мало. Эта проблема ведь не только у нас, в Свердловской области. В том же Челябинске еще хуже, насколько я знаю. Я же десять лет подряд ездил на традиционный международный фестиваль в Сатку, и приходилось сталкиваться с этими проблемами.
Моя учительница, Верна Николаевна Тихомирова, говорила так: настоящий судья в шахматах должен быть незаметным, но сам обязан видеть все. Этого правила я старался придерживаться всегда. Ни в коем случае арбитр не должен ввязываться в анализ партии. Многие сейчас грешат этим, но, повторюсь, делать этого категорически нельзя.

Как поднять сегодня интерес к работе арбитром на шахматных турнирах? Думаю, заинтересовать можно только материально. Сравните с другими видами спорта, ведь в шахматах судьи получают фактически копейки. Отсюда и крайне низкая заинтересованность в этой работе. Вывод один: будет достойная оплата, будут у нас и квалифицированные шахматные арбитры.

 

При подготовке материала к публикации использованы фотографии из личного архива Леонида Трескунова.

 

Другие новости

10 Января 2017
3 Января 2017
3 Января 2017
3 Января 2017
2 Января 2017
2 Января 2017
2 Января 2017
1 Января 2017
31 Декабря 2016
31 Декабря 2016
                       Следующая >>

 


 

Партнёры федерации

 

 

 

2013 © Все права защищены.
Полное или частичное использование материалов сайта без письменного разрешения редакции строго запрещено.